Ярославский Благотворительный Фонд "ЗООЗАБОТА"

Помощь животным, попавшим в беду.


Каталог статей


Сейчас на сайте

Онлайн всего: 1
Гостей: 1
Пользователей: 0

  


Форма входа

  


Меню сайта



  


Ваше мнение

В чём Вы видите основную задачу Фонда?
Всего ответов: 60
  


 Статистика

  


 

  


 

  


  







Приветствую Вас, Гость · RSS 21.10.2017, 22:14
Главная » Статьи » Научные статьи о животных в городе » В.А. Рыбалко. Проблема бездомных животных. Цикл статей.

Межвидовые отношения
3.5. Межвидовые отношения бездомных собак как актуальные примеры закономерностей городской среды.

 

    Отношения бездомных собак с другими животными отражают общие закономерности, которые были показаны выше. Созданные человеком экологические ниши и возможность их заполнения создают ситуации, в которых реализуются те или иные поведенческие сценарии и экологические взаимосвязи.

 

    3.5.1. Собаки и крысы.

    Межвидовые отношения зависят как от пищевых предпочтений двух видов (в этом отношении один вид может быть источником корма для другого или конкурировать с ним за корм), так и от особенностей пространственного членения совместного городского местообитания (то есть от того, насколько пересекаются жизненные пространства видов, их экологические ниши). При рассмотрении межвидовых отношений необходимо учитывать, что периодический прямой контакт отдельных особей разных видов (в виде хищничества – преследования и поедания одним животным другого, или непосредственной конкуренции за пищу) может и не быть основным фактором, характеризующим взаимное влияние популяций этих видов. Опосредованные, косвенные отношения могут быть важнее для популяций в целом. Именно это и имеет место в отношениях бездомных собак и крыс – видов, чьи экологические ниши довольно заметно разделены пространственно, несмотря на тесное соседство, а источник корма может быть одинаковым.

 

    а. Охота на крыс. Отношение бездомных собак к серым крысам на уровне отдельных особей варьируется от почти полного безразличия (собаки и крысы могут одновременно есть из одной посудины предложенную собачьими опекунами еду) до активной охоты собак на крыс.

    Наши наблюдения показали наличие периодического охотничьего интереса собак к грызунам на открытых участках местности. Так, собаки преследовали и ловили крыс, выходивших на поверхность, на асфальтовых площадках, иногда в траве. Периодически собаки пытаются поймать замеченную крысу под снегом. Особенно интересует собак мышкование на открытой местности во время интенсивного весеннего снеготаяния и сразу после него, в это период они пытаются добывать грызунов (крыс, а также других грызунов, например, полевок) в вытаивающих подснежных ходах. Грызун, если его удается поймать, далеко не всегда поедается – то есть налицо незавершенное хищничество (см. ниже отношения бездомных собак и кошек). Молодые собаки иногда любят играть с мертвой крысой (часто убитой не ими, а подобранной), таская ее в зубах.    
 

      Фото 1. Мышкование безнадзорной собаки зимой. Петрозаводск.
 

      Фото 2. Кусты, подрытые весной собаками в поисках грызунов в парке Петрозаводска.

 

    Однако подобное поведение наблюдается не всегда. Иногда исследователи в отдельных городах его вообще не фиксируют. Так, омские авторы М. Макенов, Б. Сидоров и Г. Кассал (2006) пишут, что не наблюдали его на протяжении нескольких лет: «за 2001-2006 гг. - период визуальных наблюдений за 554 собаками-париями и 103 стаями этих животных нами ни разу не было зафиксировано активного нападения собак на крыс (в отличие от кошек)» (М. Макенов, Б. Сидоров и Г. Кассал. Биотические отношения собак-парий с серыми крысами и другими животными //"Ветеринарная патология" №2(17), 2006 г.)

 

    б. «Сотрапезничество» - совместное поедание корма, целенаправленно предоставляемого собакам людьми . Впрочем, как выяснилось, отношения собак и крыс намного разнообразнее и сложнее и на популяционном уровне могут быть вполне благоприятны для грызунов. При изучении постоянных лежек, участков попрошайничества и других мест социальной активности собак зачастую регистрировались следы пребывания там же и крыс. Так, выразительный пример сожительства бездомных собак и крыс был зафиксирован у убежища-логова крупной стаи в одной из петрозаводских промзон.

    Скопление крыс наблюдалась под снятым с колес железнодорожным вагоном, переоборудованном в кладовую дорожными рабочими - там же находилось постоянное укрытие-логово стаи бездомных собак (6-7 особей) и стайные суки периодически приносили потомство. Крысы наблюдались как в светлое, так и в темное время суток, одновременно в поле зрения находилось до трех грызунов, они активно передвигались в собачьем логове под вагоном и на площадке по соседству, часто вблизи от щенков. При наличии в поле зрения в светлое время суток одиночных крыс или их групп, можно сделать оценочный вывод об очень высокой заселенности данного помещения (участка) грызунами (см. Карасева Е.В., Телицына А.Ю. Методы изучения грызунов в полевых условиях. М.: Наука, 1996 ). Таким образом, в вагоне и примыкающих помещениях и подземных коммуникациях, видимо, существует крупное скопление (колония) серых крыс. Этому благоприятствует обильная локальная кормовая база.

    Крысы, стараясь не контактировать напрямую со взрослыми собаками, активно разыскивали и поедали остатки корма, принесенного к логову опекунами собак, а также остатки пищи с упаковок продуктов (пакеты, банки и др.), которые собаки самостоятельно притаскивали в логово. Крысы частично объели мертвого щенка, погибшего в логове (видимо, от токсокароза), и мертвую кошку, убитую и принесенную в логово собаками стаи. Случаев преследования собаками крыс в окрестностях вагона за время наблюдений отмечено не было. Теснота самого логова, многочисленные узкие щели и норы крыс по его периферии, густая травянистая растительность по соседству, соседние небольшие технические помещения и подземные коммуникации делали бы поимку крыс сложной задачей для собак, если бы они даже активно заинтересовались такого рода охотой (пример пространственного разделения экологических ниш).
 

      Фото 3. Щенки стайной бездомной собаки в логове под вагоном.
 

      Фото 4. Крыса в том же логове направляется к остаткам приношений опекунов (щенки спрятались в глубине норы)
 

      Фото 5. Две крысы в глубине логова под вагоном.
 

      Фото 6. Череп кошки, найденный в логове. (В том же логове была обнаружена мертвая кошка, недавно убитая собаками).
 

      Фото 7. Мертвая кошка в логове.

 

    В другом случае наблюдалось тесное соседство крыс с одиночной условно-надзорной собакой, обитавшей на стройке. Опекуны соорудили для нее импровизированную утепленную будку из строительного мусора, досок, кусков фанеры, которые несколькими слоями перекрывали жилую камеру конуры. Между этими «перекрытиями» и жили крысы, общим числом не менее 15 особей, питаясь остатками от приношений опекунов – выяснилось это при разборке будки .

    Наблюдалось даже одновременное питание крысы и бездомной собаки с одного подноса, на котором собачьи опекуны принесли корм. Пока собака ела размоченный в молоке хлеб с одной стороны подноса, крыса вытаскивала куски с другого.
 

      Фото 8. Совместное потребление пищи бездомной собакой и серой крысой. Петрозаводск.

 

    в. «Нахлебничество» - крысы извлекают пользу из собачьего собирательства. Как уже упоминалось, крысы могут не только подъедать за собаками остатки корма, принесенного людьми – они также могут извлечь пользу из самостоятельной активности собак по добыванию корма. Бездомные собаки регулярно обшаривают мусорные контейнеры, активно в них роясь, доставая оттуда пакеты с мусором, разрывают и растряхивают их. Иногда контейнеры просто переворачиваются. Это делает корм из них намного более доступным для грызунов, которым сложно добраться до пищевых отходов по высоким стенкам мусорных баков. Кроме того, крысы могут питаться и объедками, приносимыми собаками в логово.

    Кстати, отмечено поедание крысами экскрементов собак. Это соответствует некоторым наблюдениям американского исследователя А. Бека (А. Beck), показавшего возможность совместного питания безнадзорных собак и крыс: « В дополнение, работники санэпидслужб и местные жители в районе моего исследования наблюдали крыс, поедающих собачьи экскременты, и, действительно, крысы чаще всего встречаются в переулках с высоким уровнем загрязненности собачьими фекалиями. Отбросы из перевернутых и выпотрошенных собаками контейнеров и фекалии, видимо, являются важными компонентами пищевой цепи крыс» ( Beck A . The Life and Times of Shag , a feral dog in Baltimore // Natural History . 1971. vol .80, P .60-61.)

    Таким образом, крысы здесь выступают как одна из сторон «комменсализма» в форме сотрапезничества и нахлебничества - взаимоотношения видов, когда только один из видов-партнеров извлекает для себя пользу от жизнедеятельности другого. В данном случае, крысы получают выгоду от сосуществования с собаками, для самих же собак присутствие крыс не несет ни прямого вреда, ни прямой пользы.

 

    г. Другие формы влияния. Относительно конкуренции собак и крыс за ресурсы можно указать, что такое взаимодействие данных видов, видимо, ограничено ситуациями, когда подкормка собак опекунами отсутствует, а отбросы одинаково доступны и крысам, и собакам (например, деревенские бесконтейнерные выгребные помойки, свалки и проч., где крысы не зависят от добывающей деятельности собак).

    Еще один важный аспект в межвидовых отношениях – косвенное, опосредованное влияние собак на крыс посредством подавления численности представителей другого вида, а именно кошек (см. ниже). Для грызунов в этом отношении оправдывается пословица: «Враг моего врага – мой друг». То есть дополнительным фактором, благоприятствующим крысам, является истребление бездомными собаками (прежде всего стайными), уличных кошек – как бездомных, так и владельческих на вольном выгуле. Проходя ночью по дворам и уничтожая кошек, собаки возвращаются на свои дневные постоянные лежки («дневки»), оставляя дворы в распоряжении грызунов. Безусловно, не каждая кошка способна охотиться на взрослых крыс, но при условии, что кошек достаточно много, в их среде обязательно находятся особи, мотивированные и умеющие это делать. Кроме того, любая кошка опасна для крысят и домовых мышей. Дератизационная функция кошек не требуют особого пояснения. Известно, что жители сельской местности активно используют владельческих и "условно-надзорных" кошек для защиты от грызунов своих домов и хозяйственных построек - нечто подобное наблюдается и в городах: так, в Петрозаводске жители одного из многоквартирных домов использовали колонию бездомных кошек в качестве щита от грызунов, оберегающего запасы картошки и других продуктов, складированных в подвале в индивидуальных сарайчиках. Колония кошек была почти полностью уничтожена стаей собак, проникшей в подвал.

 

    Итак, для собак крысы – скорее случайная, "факультативная" добыча, на которую они охотятся не ради пропитания, а ради временного удовольствия. Причем серьезного ущерба популяции крыс это не наносит. Ядро крысиного царства - различные узкие подземелья и норы - для собак недостижимы. (Иными словами, их экологические ниши достаточно сильно разделены в пространственном отношении). Кроме того, образ жизни городских бездомных собак сопровождается не столько конкуренцией с крысами за еду, сколько, наоборот, появлением большого количества доступных для крыс пищевых отходов. Как уже упоминалось, это могут быть и растерзанные собаками пакеты с мусором, из которых вывалились доступные для крыс куски. Это могут быть остатки обильных приношений людей - собачьих «опекунов». Так многочисленные крысы становятся нахлебниками отдельных собак и целых стай на местах их постоянной дислокации. То, что некоторые крысы становятся добычей собак - знак того, что грызунов в городе очень много и они чувствуют себя уверенно, позволяя себе прогулки на "открытом воздухе", единственно, где они уязвимы для собак. Так, в Москве в ходе программы ОСВ на фоне большого количества бездомных собак, наблюдалось обилие крыс - что пришлось признать даже идеологу программы А.Д. Пояркову, который связал это явление с обильной опекунской подкормкой собак, от которой перепадает и крысам.

    Выводы:

    - существует периодическая охота собак на крыс, приуроченная, однако, в основном к открытым стациям (незастроеннымо пространству между зданиями, газонам и т.п.).,

    - существует ряд экологических факторов, связанных с собаками, видимо, благоприятных для популяции крыс. Кроме указанных случаев комменсализма (сотрапезничества) вблизи логов и убежищ, а также уничтожения кошек, для крыс потенциально благоприятна также одна из форм добычи корма собаками – собирательство, а точнее, поиск корма в мусорных контейнерах, сопровождающийся вытаскиванием, разрыванием и вытряхиванием пластиковых пакетов с мусором. Эти обстоятельства, очевидно, приводят к поддержанию значительной численности крыс в местах обитания плотных собачьих городских субпопуляций.

    Так крысы, платя дань собакам отдельными своими представителями, выигрывают популяционно.

    Поэтому в целом несостоятельно опасение, что при уменьшении численности бездомных собак возрастет численность крыс. Ведь в этом случае пищевая база грызунов скорее сократится, чем вырастет; а уменьшения конкуренции с собаками или ослабления пресса хищничества со стороны собак популяция грызунов практически не заметит из-за их и без того слабого воздействия. Кроме того, в случае исчезновения стай, возрастет число находящихся на улицах кошек (там, где позволяют условия). Наблюдения в городах с относительно малым количеством бездомных собак (карельская Кондопога) не дают оснований говорить о засилье там крыс.

 

    Похожее трофическое содействие наблюдалось в отношениях собак с другим синантропным видом – серой вороной (иногда галками, голубями, воробьями). Вороны потребляли корм (отбросы), высыпавшийся из растерзанных собаками пакетов. Синантропные птицы охотно потребляют недоеденный собаками корм – приношения опекунов на городских улицах.

 

    3.5.2. Бездомные собаки и кошки. Экологические ниши собак и кошек перекрываются в пространстве гораздо заметнее, чем ниши собак и крыс. Причина этого – относительно большие размеры кошек и их образ жизни (необходимость периодического выхода на поверхность даже при наличии убежищ в подвалах).

 

     а. Экологическая и поведенческая характеристики взаимоотношений бездомных собак и кошек.

    В некоторых случаях взаимоотношения бездомных собак и кошек взаимно нейтральны, особенно при низкой популяционной плотности безнадзорных собак - собаки (как правило, одиночные, с низкой степенью одичания, условно-надзорные) соседствуют с кошками (бездомными или владельческими) в одном дворе. В этом случае собаки с раннего возраста знакомы с кошками, животные взаимно относительно социализированны. Проживая на одной территории, они получают корм от одних и тех же людей, или на одних и тех же мусорных контейнерах. Подобное сосуществование характро также для владельческих собак и кошек в сельских поселениях. Нападения собак на кошек происходят, но сравнительно редки; особенно опасны возбужденные кобели во время собачьих свадеб; регулярно отмечена и охота отдельных собак на кошек. Кошки, со своей стороны, могут проявлять агрессию к собакам - при вторжении чужой собаки на участок обитания кошки, особенно - кошки с котятами. Но при относительно высокой популяционной плотности безнадзорных собак, и особенно при стайной структуре субпопуляции бездомных собак, охота собак на кошек является преобладающим типом взаимоотношений между видами, оказывающим реальное влияние на численность одного из них.

    Как уже упоминалось, во многих российских населенных пунктах характерной особенностью социальной структуры субпопуляций бездомных собак является наличие постоянных собачьих групп – стай. В городах и сельских населенных пунктах стаи собак постоянно нападают на гуляющих во дворах домашних и бездомных кошек. (Если субпопуляция собак состоит из одиночных животных – опасность меньше).

    По форме такое поведение – охотничье, но без поедания добычи («незавершенное хищничество», как определил его омский биолог М. Макенов). Полное определение хищничества как одного из типов межвидовых (биотических) отношений – «экологическое взаимодействие двух видов, когда организмы одного вида умерщвляются и поедаются организмами другого». Хищничество – это процесс передачи органического вещества (следовательно, и энергии) от одного организма другому по трофической цепи. Для подавляющего большинства бездомных собак (всех экологических типов условно-надзорных и полуодичавших, как стайных, так и одиночных) оно не является энергетически значимым, так как большую часть рациона они получают из других источников. Но, признавая настоящее, законченное хищничество (то есть с поеданием добычи) собак по отношению к кошкам как трофическое взаимодействие относительно редким явлением, мы не можем сделать вывод о редкости охоты собак на кошек без цели поедания. А именно, умерщвление без поедания является основной формой нападений, при которых гибнут кошки. Собаки их обычно не едят, а, убив и наигравшись, бросают.

      Видимо, это и можно рассматривать как одну из форм игрового охотничьего поведения, столь характерного для высших хищников. Развивается оно, видимо, на основе врожденного стремления волков (и их потомков собак) преследовать и «пробовать на зуб» животное, по размерам и поведению являющееся потенциальной добычей, например убегающее и небольшое. (За подробностями можно обратится к капитальным работам Я.К. Бадридзе по охотничьему поведению собачьих). Погоня, поимка жертвы и игра с умерщвлением сами по себе являются источниками столь положительных эмоций, что не требуют дополнительного подкрепления в виде поедания – особенно если хищник относительно сыт или, что возможно в городе, просто «не знает», что умерщвленное тело съедобно. (Как показал Бадридзе, щенки, вскормленные готовой «кусковой» пищей, просто не догадываются, что под шкурой жертвы есть нечто съедобное, если только нет значительного повреждения кожных покровов и кровотечения из ран.) Надо ли говорить, что собаки в городе привычны к отбросам, а не «парному мясу».

      Может быть, играет роль и излишняя «щенячья» игривость собак. Как считают некоторые авторы, в том числе и изучавшие бездомных собак, например, Алан Бек, при одомашнивании человек отдавал предпочтение менее агрессивным и более игривым особям, в большей степени сохранявшим «щенячье» поведение, то есть свойственное ранним стадиям развития.

      Частично предотвратить преследование и уничтожение собаками кошек может только ранняя социализация собаки на кошек, например, при совместном проживании в квартире хозяина. Для бездомных собак возможность такой социализации весьма ограничена. Кроме того, зачастую, признавая отдельных «своих», «знакомых» кошек, бездомные собаки, выросшие с ними в одном дворе, тем не менее, могут нападать на незнакомых, за пределами центральной зоны своего участка обитания.

      (Конечно, можно придумать пока фантастические выходы из положения, не требующие полной ликвидации безнадзорности, правда, требующие несколько иного уровня технологий, чем нынешние. Например, тотальное введение в уличных кошек и собак особых микрочипов, отслеживающих с помощью радиосигналов взаимное расположение животных и подавляющих, например, с помощью неприятных импульсов, желание собак приблизиться к кошке на опасное расстояние. Теоретически это вполне возможно, как показали опыты того же Я. Бадридзе, отучавшего волков, возвращаемых в природу, охотиться на домашний скот с помощью ударов тока от электрифицированного ошейника. Кстати, так можно будет управлять и другими аспектами поведения животных, обеспечивая функции абсолютного телохранителя. Но, увы, мы живем в мире, где подобные мечты находятся пока что за горизонтом будущего. Кроме того, боюсь, что к тому времени некоторые апологеты эволюционирующего радикального биоцентризма подобные механизмы будут рассматривать как неоправданное вмешательство в личную жизнь животных и «нарушение» их прав. Возможен и такой вот парадокс. Но вернемся к нашей совсем не сказочной, а весьма неприглядной действительности.)

       Такие смертоносные «игры» в условиях высокой плотности собак не могут не носить массовый характер. Как уже говорилось, особенно опасна для кошек стайная охота собак, когда собаки, разделившись, отсекают жертве все возможности отступления. Необходимость в регулярном проявлении подобных форм поведения, видимо, диктуется врожденной для собак склонностью к созданию и поддержанию тесных групп, при этом важно периодически оттачивать групповые формы поведения, такие как охота. Новички осваивают и закрепляют приемы загона добычи, ориентируясь на поведение опытных животных. Это ведет к более эффективной добыче пищи. В природе это имеет биологический смысл, а в городе работает вхолостую, и ведет только к увеличению числа собак, умеющих и любящих загонять кошек и даже специально разыскивающих их ради этого. В естественной среде поведение животных обычно отвечает экологической целесообразности, в городе - искусственном образовании – мы видим серьезные нарушения этого правила.

      Итак, это всего лишь охота ради охоты. С точки зрения биотических трофических отношений на уровне популяций, собаки от этого «развлечения» не выигрывают практически ничего – еще один пример бессмысленности бездомного существования домашних животных. Вещества и энергии от кошек они не получают (так как это в массе своей не хищничество для поедания, что мы уже выяснили). Возможно ли рассматривать это как полезную для собак конкуренцию за пищу - в форме конкурентного исключения вида, занимающего сходную экологическую нишу? Но такое взаимодействие малозначимо, зачастую получаемое преимущество для собак минимально, особенно в случае, если основную долю корма собаки получают, попрошайничая на улицах и от своих опекунов-«собачников», а кошки – от опекунов-«кошатников», то есть кормовые ресурсы двух видов заметно разнятся. Поэтому скорее мы имеем здесь более неординарный вариант отношений. Подобное межвидовое взаимодействие - подавление одного вида другим без всякого выигрыша или проигрыша для себя, иногда называют аменсализмом, применяя его главным образом к миру растений (например, подавление одного растения другим при его затенении). Кстати, некоторые авторы утверждают, что этот термин по своей этимологии не антоним «комменсализма», а происходит от латинского слова amens – «безумный»; термин вполне адекватный для последствий непродуманного введения ОСВ. Такое одностороннее влияние применительно к видам крупных животных достаточно редко встречается в естественных условиях. Его опасность в том, что нет никакой обратной связи между видом-жертвой и видом-охотником; в крайних случаях охотник может очень сильно подорвать или полностью истребить популяцию жертвы, но сам не «почувствует» этого (или почувствует косвенно, если жертва играла важную роль в стабильности экосистемы, занимая важное место в трофических цепях).

    Надо ли говорить, что, учитывая крайне упрощенный характер связей между видами в урбаценозе (городском сообществе животных), массовое уничтожение кошек не окажет на собак даже косвенного экологического влияния. Единственное негативное последствие для бездомных собак лежит в другой сфере – социально-психологической, так как уничтожение кошек (часто на глазах их владельцев и опекунов, в том числе детей) любви у населения к бездомным собакам не прибавляет (чему есть неоднократные свидетельства).

      И еще один негативный момент. Городской «аменсализм» собак по отношению к кошкам имеет тенденцию продолжаться неограниченно долго. Трагичность ситуации не в том, что собаки могут раз и навсегда переловить всех городских уличных кошек, и, следовательно, уничтожение будет прекращено, а в том, что такая довольно массовая гибель может длиться и длиться. Зачастую собаки сильно сокращают численность кошек на улицах, но не уничтожают их полностью. Идет процесс наподобие стрижки газона или частично эффективного муниципального отлова (см. часть 5.1). Кошки – еще более плодовитый, чем собаки, вид. В условиях перепроизводства владельческих кошек, многие животные оказываются выброшенными на улицы. В городской среде сохраняются убежища (незакрытые подвалы, чердаки), где выброшенные кошки получают возможность размножаться. Поэтому поток молодых кошек на улицы – то есть впоследствии в зубы собак – все равно будет продолжаться.

    Хорошо иллюстрирует это явление исследования Е. и С. Ильинских в Москве – наблюдения за колониями кошек (Ильинский Е.А., Ильинская С.О., Собаки, как доминирующие хищники в экосистемах городов. // "Ветеринарная патология", №2(17), 2006 г.). При появлении многочисленных стай в жилых кварталах, где в подвалах многоэтажек находились кошачьи колонии, стала наблюдаться массовая гибель кошек от нападений бездомных собак. Размеры колоний уменьшились, некоторые были истреблены полностью. Собаки подкарауливали кошек из продухов, ведущих из подвалов. Если стая имеет возможность попасть непосредственно в подвал – гибель колонии происходит почти сразу.

 

     б. Формы и способы охоты. Как уже говорилось, стайная охота - наиболее распространенный вид охоты собак на кошек. Чаще она происходит ночью, когда стая покидает ядро своего участка обитания ("дневку", место постоянных лежек и дневной активности) и начинает прочесывать окрестности (находясь в "буферной" зоне). Собаки зачастую знают места расположения кошачьих колоний и включают их в свой маршрут. Иногда стая может на несколько часов задержаться у подвальных продухов, карауля кошек. Охота вызывает крайнее возбуждение у собак, схваченную одной собакой кошку стараются перехватить другие члены стаи, иногда "перетягивая" еще живое животное между собой. Бросок и погоню за кошкой, и ее дальнейшее перетягивание и перетаскивание сопровождает характерный заливистый "охотничий" лай стаи. Если кошка успевает залезть на дерево - собаки облаивают ее там, иногда на протяжении нескольких часов; если дерево (или столб) невысокое - стараются допрыгнуть до кошки. Кошку, спрятавшуюся под машину, стараются вытащить, подлезая вслед за ней. Иногда кошка, вырвавшись от собак (на дерево или в подвал), умирает позже - от обширных внутренних кровотечений. Как правило, долго убитой добычей не играют - иногда бросают на месте, но могут и утащить - вплоть до "дневки". Убитые кошки зачастую не имеют особо заметных внешних повреждений - кроме обслюненной и скомканной собаками шерсти (нашедшие кошку наутро хозяева или прохожие иногда думают, что кошку ударили палкой или сбила машина). Зимой снег около убитой кошки испещрен собачьими следами. При вскрытии обычно обнаруживаются колотые проникающие ранения грудной полости, разрывы внутренних органов. Если кошку таскали подольше - обычно обнаруживается рана на спине; или незавершенная попытка поедания - вскрытая брюшная полость. Кроме стайной охоты (как правило, ночной), есть и индивидуальная – как уже упоминалось, некоторые одиночные собаки могут особо пристраститься к ней. Они особенно опасны для котят. Хотя в городах, где стай нет (не перейден «порог стаеобразования»), индивидуальная охота не носит характера серьезного популяционного воздействия на кошек – кстати, там обычно значительная часть бездомных собак является бывшими хозяйскими, зачастую социализированных на кошек в доме владельца. В таких городах нередко можно наблюдать совместное кормление собак и кошек у одних опекунов, или совместное нахождение на мусорных контейнерах (нечто подобное наблюдал и А. Бек в американском городе Балтиморе в 70-е годы).

    Кроме того, как стайные собаки, так и одиночки (чаще самки) могут приносить убитых кошек в логова к щенкам (пережиток родительского поведения волков). Так в Филевском парке г. Москвы весной 2008 года на протяжении почти двух недель в будке (или по соседству с будкой) со щенками одной из обитающих там стай, ежедневно находили по убитой кошке (однажды – нашли двух). Подобное поведение наблюдалось и в Петрозаводске. Щенки редко поедают кошек (за исключением щенков одичавших собак).

    Кошки остаются в относительной безопасности только в центрах обширных жилых кварталов с плотной застройкой, куда редко забредают стаи с их окраин, либо в населенных пунктах, где стаи по тем или иным причинам отсутствуют. Способствует относительной безопасности кошек и повышенная мозаичность среды - классический пример - усадебная застройка с индивидуальными дворами, огороженными заборами.

    За пределами больших населенных пунктов жертвами собак зачастую становятся кошки, привезенные хозяевами летом на дачу - если в дачном поселке или вблизи него образовалась стая из когда-то покинутых там собак, или их потомков. Отсутствие в дачных поселках высоких заборов дополнительно делает кошек очень уязвимыми.

    Контраст между городами (средними и небольшими), где есть многочисленные собачьи стаи и городами, где их нет, зачастую хорошо заметен даже неискушенному наблюдателю - по наличию в последних кошек на улицах. При сравнении в ходе наших иccледований двух городов: Петрозаводска и Кондопоги в 2006 году - оказалось, что в Петрозаводске (где стаи собак обычны и в жилых кварталах, куда они проникают из промзон) популяционная плотность уличных (как владельческих, так и бездомных) кошек приблизительно в три раза меньше, чем в Кондопоге - городе, где собачьих стай не было. В Петрозаводске в жилых кварталах с застройкой разной этажности плотность субпопуляции бездомных собак составляла 17.5 особи на кв. км., среди них были и стайные, помимо этого по ночам жилые районы посещались стаями из промышленных зон. В этих условиях популяционная плотность уличных кошек - 14.5 особи на кв. км. По опросам опекунов бездомных кошек и владельцев домашних кошек, основную угрозу для жизни кошек составляли именно нападения стай. В Кондопоге, в сходной по характеру застройки жилой зоне, популяционная плотность бездомных собак по оценкам составила всего 4.3 особи на кв. км, стаи отсутствовали; наблюдались лишь относительно многочисленные одиночные владельческие собаки на вольном выгуле. Количество кошек на улицах было значительно больше - 48.5 особи на кв. км, наблюдались целые скопления кошек (как владельческих, так и бездомных) у подъездов. По рассказам опекунов кошек, нападения собак на них были редкостью, отдельные одиночные собаки представляли опасность для котят.

    Охотничье поведение, схожее с вышеописанным, стаи средних и крупных по размеру собак, иногда проявляют и по отношению к случайно встреченным собакам маленьких размеров или чужим щенкам - они могут быть убиты при участии всех членов стаи.

 

    Выводы. Характер охоты собак на кошек отражает уже упомянутую особенность межвидовых отношений в городской экосистеме. Охота ради охоты, "игровая охота", "незавершенное хищничество" - следствие малой зависимости вида-охотника от численности жертв. Ведь, как все прочие значимые виды городской фауны, вид-охотник (вид-хищник, в нашем случае - собаки) имеет основным источником корма человеческие продукты питания, и не зависит от результатов охоты. Малая энергетическая зависимость хищника от жертвы в сочетании с его - хищника - высокой популяционной плотностью (также особенность городской экосистемы) может привести к очень значительному подрыву численности жертвы. Особенно - если экологические ниши заметно перекрываются в пространстве (как у собак и кошек, но не собак и крыс), охота не требует заметных трат энергии, охотничье поведение высоко мотивировано, вызывает положительные эмоции, и нет сдерживающих поведенческих факторов в виде ранней (щенячьей) социализации хищников на жертву. Подобным образом бездомные собаки могут влиять и на представителей дикой фауны (в лесопарках крупных городов, в сельской местности). Зоологи и охотоведы подчеркивают обычно крайне негативное влияние собак (имеющих пропитание на свалках или непосредственно от людей) на диких животных - от ежей и гнездящихся на земле птиц в Москве до копытных в разных регионах мира и молоди тюленей на Белом море. Причем не всегда собаки даже убивают жертву непосредственно. Характерны наблюдения игровых загонов собаками оленей в США, приводивших к изнеможению жертвы или гибели ее при ударе о забор или при столкновении с автомобилем при попытке спастись от собак, пересекая автодорогу.

Источник: http://feralan.narod.ru
Категория: В.А. Рыбалко. Проблема бездомных животных. Цикл статей. | Добавил: Зоозабота (06.09.2009)
Просмотров: 1918 | Рейтинг: 0.0/0
Всего комментариев: 0
Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]